Пьеса Эрдмана «Самоубийца» на сцене театра Вахтангова

Начинается пьеса как комедия положений с лёгкими остроумными диалогами. Муж Семён Семёнович Подсекальников (Юрий Цокуров) не работает и однажды будит ночью супругу Марию Лукьяновну (Екатерина Крамзина) с просьбой подать ему ливерной колбасы. Подсекальников живёт на деньги жены, а, чтобы его не упрекали, провоцирует ссору, угрожая застрелиться, даже пишет записку: «в моей смерти прошу никого не винить». Вскоре мелкий семейный манипулятор сталкивается с чудовищной коллективной манипуляцией. Целая очередь из персонажей комедии дель-арте – интеллигент, священник, распутница, писатель, торговец мясом – выстраивается к нему с просьбой умереть с пользой. Одному нужно, чтобы Подсекальников в предсмертной записке обличил ужасы советского режима, красотка (прекрасный дебют Анны Антоновой) упрашивает застрелиться из-за неё, ведь тогда любовник бросит соперницу, свои выгоды у отца Елпидия, а сосед выступает посредником: берёт плату за лоббирование интересов каждого.

По мере умножения желающих поживиться на чужих костях, умножается и пафос диалогов, комедия обращается в трагифарс. Режиссёр Павел Сафонов, разыгрывая первый акт в минималистичном пространстве, над которым царит указующий перст Владимира Ильича, резко сгущает краски второго. В образах героев появляется что-то от эстетики Тима Бёртона, увесистый перст сменяется всевидящим оком. Персонажи дель-арте, словно упыри в гламурных нарядах, предстают перед зрителями инфернальными сущностями, разворачивая в душе Подсекальникова, а заодно на поле социально-философских воззрений настоящее сражение. Банкет, на котором в назначенное время должен лишить себя жизни главный герой, – жутковатая кульминация, но фарс будет доигран до конца.

Пьеса написана Эрдманом в 1928 году, в период острой классовой борьбы. Страна ставила новые задачи, в том числе и перед вчерашними собственниками, но принимало ли вызовы общество? Ради чего одни были готовы умирать, а другие жить? Внимательный взгляд на слова и действия героя не оставляет иллюзий: Подсекальников – пассивный обыватель без высоких целей. Да, в пьяном угаре банкета он задаётся вопросом «есть загробная жизнь или нет», но Эрдман тут же растворяет тему в комическом диалоге, благо, жену зовут Мария, а тёщу Серафима. В сцене разговора «колосса с колоссом», когда Подсекальников в приступе величия звонит в Кремль, и вовсе слышны издевательские нотки. Главный герой отказывается стреляться: «Я не хочу умирать: ни за вас, ни за них, ни за класс, на за человечество, ни за Марию Лукьяновну… Я безумно влюблён в свой живот… ах, вы ножки мои дорогие». Что же нужно для благополучного существования несостоявшегося самоубийцы? «Тихая жизнь», «приличное жалование», «право на шёпот».  

Редкие критики разглядели в пафосных монологах Подсекальникова и его подстрекателей пародию на мещанство, сатира Эрдмана воспринималась как выпад против советской власти, сценическая судьба пьесы не задалась. Сегодня голоса её героев свободно льются со сценических подмостков, но обладают той же двойственностью. Впрочем, современный зритель волен оценить их состоятельность с высоты уже всего 20-го века.

Театр им. Е.Вахтангова, Симоновская сцена

Ближайшие показы: 28 февраля, 2 марта, 19 марта

Автор || Татьяна Михальская

Фото || Яна Овчинникова

Поделиться: