Кто убил Фриду Кало? Арт-фиеста в Образцовпарк

Этим летом в камерном парке Образцова бушует арт-фиеста в ярких красках мексиканского «Дня мёртвых», восходящего к древним обрядам ацтеков и майя. Кстати, праздник включён ЮНЕСКО в список нематериального культурного наследия человечества. А вот арт-фиесту придумал режиссёр Борис Константинов, она включает в себя не только элементы парада «Диа де Муэртос», но и иммерсивное шоу, и художественный перформанс. Название необычной для отечественного глаза феерии и вовсе детективное – «Кто убил Фриду Кало»? В прологе зрители угощаются коктейлями под звуки живого оркестра, дамы примеряют ободки с пышными цветами, кто-то любуется галереей ретаблос в часовне Пресвятой Девы Марии Гваделупской, и однако это не семейное мероприятие, как можно было ожидать от Театра кукол, – организаторы предупреждают: «строго 18+».

Нет, текила здесь не при чём (в антракте зрителям предлагают томатный сок), – просто творческий символизм Фриды здесь особенно осязаем и в этой осязаемости иногда болезненно-физиологичен, иногда наглядно-эротичен. А, кроме того, Фрида в контексте своей национальной культуры побудила Бориса Константинова снова обратиться к излюбленной теме: говорить о смерти весело. Карнавал и драма в его спектакле идут рука об руку, как и в жизни художницы, недаром девизом арт-фиесты стало восклицание «Viva la Vida». Именно так – «Да здравствует жизнь» – Фрида назвала свою картину, написанную за восемь дней до смерти, а изображены на ней… алые дольки арбуза.

«Моё творчество – самая полная биография, которую я смогла написать», – признавалась в дневнике Фрида, и режиссёр предлагает взглянуть на жизнь художницы, полную боли и физических страданий, её же глазами – сквозь призму цвета и карнавальной иронии. Каждый значимый этап существования мексиканской легенды отображается в ярком сценическом перформансе. Не только артисты участвуют в действе, причудливые образы её картин вдруг оживают, обретают объём и место в пространстве, у каждого из них появляется своя роль, свой «монолог» и свой выход. Вот рождение Фриды: сама Мексика простирает над малышкой свои молочные груди; вот страшная авария: красная нить ЭКГ в руках чёрных скелетов, а дефибриллятор, дающий импульсы сердцу, превращается в огромный пролетарский молот; вот будни, в которых поселилась боль: тазобедренная кость с картин Фриды становится то черепом слона, то могилой для неродившегося ребёнка, то лепестками огня; вот свадьба: Диего Ривера и Фрида двигаются вдоль зрительских рядов, сидя в карете, только на невесте не белая, а чёрная фата; а вот нелепый роман с Троцким: адепт Коминтерна предстаёт здесь в образе карнавального чёрта. И всякий раз посреди тревожных, а иногда откровенно зловещих образов мелькают алые дольки арбуза, символизируя озорную улыбку самой Фриды.

«Её картины истекают кровью, но не слезами, – говорит режиссёр, – несмотря на жестокие коллизии, Фрида ни на мгновение не утратила способность любить жизнь. И этот спектакль задуман как гимн жизни, гимн простым человеческим радостям. Потому что говорить о смерти можно только сочиняя жизнь». Так кто же убил Фриду Кало? Полиомиелит, авария, гангрена, ампутация, изменщик-муж, воспаление лёгких – пожалуй, слишком много несчастий на одного человека. Но, следуя примеру Фриды, нужно жить, даже если это убивает. Да здравствует жизнь!

26.06.2023
Фото || предоставлены пресс-службой проекта
Автор || Татьяна Михальская

Поделиться: