Режиссёр Павел Карташев захотел «оживить язык чеховского юмора», напомнить, что «Чайка» – именно комедия, а потому обратился к первой авторской редакции текста, где персонажи прописаны более детально. В самом деле, интеллигентная чеховская ирония в постановке ШДИ звучит вполне выпукло, не в последнюю очередь благодаря комедийному таланту самих артистов: очарователен Пётр Сорин в исполнении Андрея Финягина, фееричен Андрей Харенко: его Тригорин в литературном экстазе составит конкуренцию Хлестакову в сцене вранья – «пожалуйста, братец, напиши что-нибудь», щепотку колоритного юмора добавляет Шамраев (Сергей Ганин), учитель-крохобор (Иван Товмасян) нет-нет, да и вызовет взрыв хохота. Однако как ни крути чеховскую пьесу, её комедийность неизменно растворяется в нарастающей энергии трагедии, символом которой являются «красные, багровые глаза дьявола».
В зловещем свечении этих глаз разворачивается конфликт Треплева и Аркадиной. Высокая, стройная, со змеиной пластикой Аркадина (Настасья Кербенген) свой яд вливает в сына. Отравленный пренебрежением и критикой, Треплев (Вадим Дубровин) обречён на попытки создать что-то великое, он не просто сочиняет пьесу для Нины Заречной, а ищет новые формы искусства. «Самолюбие пьёт мою кровь, как змея», – признаётся он, однако его самолюбие – оборотная сторона отвращения к себе. Аркадина обесценивает отпрыска, в то время как писателя Тригорина, мастера литературных штампов, идеализирует. Конкуренция сына и любовника – питательная среда для бывшей актрисы, здесь режиссёр не побоялся пройти по тонкому льду: более чем родственный поцелуй матери и сына в присутствии Тригорина заостряет углы неестественного треугольника. Увлечение Треплева Заречной – не что иное как желание завоевать мать, влюблённая в него Маша (Лариса Ляпунова) остаётся в слепой зоне.
Следует отметить тонкую игру Вадима Дубровина, передавшего нервическую надломленность своего героя, тягу к матери и жгучую обиду на неё, желание возвыситься над людьми и нехватку душевных опор. На фоне внутреннего разлома Треплева экзальтированные ожидания и разочарования актрисы Заречной кажутся второстепенными и надуманными. Нина Заречная от Анны Чепенко – слишком наивная, неумеренно восторженная, жаждущая внешних атрибутов признания. И всё же «главное не слава, не блеск», – скажет она позже, горький опыт трансформируется в желание жить и творить уже на другом уровне.
«Чайка» в подаче Павла Карташева – не Заречная, а Треплев: «Я одинок, не согрет ничьей привязанностью, мне холодно». Его литературные успехи не ослабили магнетическую притягательность Тригорина для Аркадиной и страстно любимой им Нины. Мать рассказов сына так и не прочитала, а Заречная признаётся, что любит Тригорина ещё больше, чем прежде. Трагедия Кости Треплева прячется за нервически-театральными возгласами Нины «мне не так больно, когда я думаю о своём призвании». Однако в финале именно Треплев появляется в палантине, имитирующем крылья птицы. Да и сценическая конструкция, напоминающая проржавевшее днище перевёрнутого корабля, рифмуется с его перевёрнутым именем на стене. Эту же конструкцию, уже как остов крыльев, уверенно примеряет Заречная, восклицая своё знаменитое «я чайка», но как робко, неуклюже пытается продеть себя в эти «крылья» Треплев. Цепляясь за них, он так и уйдёт на дно импровизированного озера.
Словно компенсируя щемящее чувство зрителя, режиссёр отводит Треплеву ещё одну роль: именно он открывает первый и второй акты, и, глядя на сцену с высоты балкона, озвучивает авторские ремарки. Кажется, Треплев – создатель не только маленькой пьесы для юной Заречной, но и «Чайки». А если так, то из-под его пера вышла, безусловно, трагедия.
27/03/23
Фото || Ирина Мишина
Автор || Татьяна Михальская
В своей новой картине «Ячейка общества» режиссер Алена Званцова с осторожностью, пониманием и сочувствием исследует феномен семейного благополучия, показывая, насколько зыбким может быть счастье и как тонка нить доверия, связывающая любящие сердца. Редактор раздела «Кино» Юрий Аверченков посетил премьерный показ и рад поделиться впечатлениями от просмотра.
Положенная в основу фильма «Ячейка общества» история проста и повседневна, но это только добавляет картине убедительности и шарма. Будничность и понятность повествования немедленно вовлекает в происходящее на экране – мы в уютной съемной квартире одного из домов «старой» Москвы, здесь живет молодая семья: папа Кирилл (Кузьма Котрелев), мама Александра (Анастасия Красовская) и дочь Варя (Герда Пугачева). Шесть лет декрета привязали Александру к ребенку и к дому. С одной стороны, большой мир манит свободой и разнообразием вариантов, с другой – совершенно непонятно, как заново в него встраиваться, ведь рабочих навыков нет, а с дипломом генетика не устроиться в первую же попавшуюся компанию. Пытаясь удержать равновесие, Александра отчаянно цепляется за дочь, но понятно, что вечно сидеть с ней не получится, ребенку давно пора социализироваться и отправляться в детский сад. Завидуя устроенности мужа-программиста, стеная и тревожась, Александра все же преодолевает сомнения и отправляется на собеседования, однако работу не получает. Найти занятие удается в детском саду Вари. В составе родительского комитета Александра берется за подготовку спектакля к ближайшему утреннику и неожиданно для себя увлекается не только пьесой, но и Глебом (Семен Шкаликов) – брутальным отцом одной из девочек, участвующих в постановке. Став очевидицей невинного флирта между мамой и дядей Глебом, в растерянности и ревности Варя по секрету сообщает о случившемся папе…
Режиссер Алена Званцова внимательно и подробно рассматривает каждую деталь назревающего конфликта, давая понять, как именно – от сомнения к недовольному взгляду, от мелкой лжи к упреку, от эмоции к действию – зарождается (точно собирается буковка к буковке слово в любимой семейной игре Scrabble) болезненная готовность к разводу. Завораживающие сверхкрупные планы, когда играют даже не актеры, а только их губы, глаза, брови, дарят такое глубокое сопереживание, что желание оценивать (еще хуже – судить) кого-либо из персонажей просто не возникает. Каждого совершенно четко можно понять, каждому посочувствовать. И в то же время, запутываясь в клубке очевидностей и субъективных правд, внезапно оказываешься вместе с героями на пороге, увы, ставшей привычной, ошибки, из-за которой больно всем – особенно маленькой Варе. Ссора, расставание, возможный развод… И вроде бы на экране не по годам умные, чуткие, современные люди, готовые разговаривать, работать над отношениями, беречь психику ребенка, идти на компромиссы… Но почему-то даже этого недостаточно. Сомнения подогревают эмоции, они закаляют клинки слов, и те, вспарывая плоть самолюбия, бьют точно в самые чувствительные точки, которые за время семейной жизни уже хорошо друг другу известны, а потому беззащитно обнажены. Уколы болезненны и безжалостны. Да, казалось бы, это просто слова. Но к чему в итоге они приведут?
Удастся ли заживить эти раны? Получится ли потом не замечать шрамы? Забудется ли с годами обида? Об этом режиссер приглашает совместно поразмышлять в своей картине, а заодно насладиться органичной актерской игрой, классными костюмами и очень уместным музыкальным сопровождением. И кто знает, может, просмотр фильма поможет кому-то удержаться от собственной ошибки?
13.08.2024
Фото || https://www.kinopoisk.ru.
Автор || Юрий Аверченков
Колонка арт-обозревателя журнала Ольги Серегиной о самых ярких выставках и арт-событиях города на этой неделе….
В своей новой картине «Ячейка общества» режиссер Алена Званцова с осторожностью, пониманием и сочувствием исследует…